компании
С места в карьер

Приобретение в 2008 году запущенного и недооцененного предприятия обернулось для инвесторов стабильным денежным потоком. Лезниковский карьер, расположенный в Житомирской области Украины, когда-то снабжал красным гранитом главные московские стройки — Мавзолей Ленина, сталинские высотки, мосты, многие станции метрополитена, Химкинский речной вокзал. Что происходит с карьером после реформирования, какова ситуация на рынке нерудных материалов и повлияет ли на сырьевой бизнес охлаждение в отношениях Украины и России, рассказывают Максим Семенов, директор «Лезниковского карьера», и Сергей Ткаченко, коммерческий директор «Нерудной компании» — импортера на территории РФ.
И
Анна Рукина
фото: Иван Манаенко
Максим Семенов, "Лезниковский карьер"
И./ Как был выбран этот актив и что с ним происходит сейчас?

М. С.: Как в случае с любым проблемным активом, который рассматривается к приобретению, был проанализирован его потенциал, уровень спроса, уровень рентабельности по данной категории товара, возможности для наращивания производственной, технологической, сырьевой базы. Потенциал был увиден и реализован. Инвестор закладывал резерв роста, связанный с реформированием системы управления, формированием полностью интегрированной структуры, начиная от производства и заканчивая продажей конечному потребителю. За пять лет мы сделали большие успехи, вышли на превышение советского уровня добычи щебня, сейчас это основной вид производства, и развили блочное производство. Карьер принадлежит к группе карьеров-«миллионников» по объему перерабатываемой горной массы в год, то есть один из крупнейших. В 2013 г. мы вошли в ТОП-10 украинских экспортеров, в 2012 г. были в ТОП-15. Украина занимает первое место в мире по экспорту щебня и 10-е место по объему производства. 80% от всего объема производства карьера мы экспортируем в РФ, где с учетом объемов строительства потребность в щебне превышает внутреннюю добычу, в частности в Центральном ФО на 25%. И основным импортером является Украина. Норвегия, Турция и другие страны-импортеры дают гораздо меньшие объемы. За 2012 г. Норвегия экспортировала щебня в Россию в объеме, сопоставимом с объемами поставок одного нашего карьера.
Сергей Ткаченко, "Нерудная компания"
И./ Почему большие запасы гранитов, которые есть на территории России, не разрабатываются?

С.Т.: Месторождения, приемлемые для разработки, уже функционируют. Добыча идет в Карелии, Ленинградской области, на Урале, в Сибири и на Дальнем Востоке. Локальное залегание гранита разрабатывается в Воронежской области. Факторов, влияющих на выбор месторождения для разработки, очень много: глубина залегания, наличие подъездных путей, квалифицированных кадров, удельный вес гранита. Немаловажным является радиационный фон материала, многие месторождения имеют завышенный фон радиации, что закрывает им путь на строительный рынок. На Лезниковском карьере радиационный фон первой группы — подходит для всех видов строительства.

Главный сдерживающий фактор развития гранитных месторождений в России — логистические потоки железнодорожного транспорта. С Урала и Сибири идут грузы с углем и металлургическим сырьем, и объем используемых вагонов в этом направлении ограничен количеством грузов, идущих на восток. Уголь — стратегически важное сырье, и снимать вагоны в пользу щебня нелогично. Количество вагонов, идущих с севера, также ограничено. На Украину же и в западном направлении в целом движется огромное количество грузов — уголь, металлургическое сырье, лес, обратно эти вагоны надо чем-то грузить. Из Европы мы не везем сырье в таких количествах. И вот эти вагоны грузятся щебнем. Вырвать Украину из цепочки невозможно.
И./ По вашим расчетам, в России собственная добыча в ближайшие годы не будет серьезно увеличиваться и этот рынок сбыта останется?

М.С.: В части щебеночного производства на уровне 5—10-летнего прогноза рынок будет более-менее стабилен. Мы не прогнозируем резкого роста, но также не видим оснований для резкого сокращения.

И./ Западные рынки для вас открыты?

М.С.: Запад не готов платить цену, возникающую при отгрузке на тысячи километров. Определяющим является расстояние отгрузки, а не цена самого щебня. Кроме того, в ЕС иные строительные нормативы, там востребованы фракции других размеров. Третье — железнодорожные пути. У нас колея имеет иной размер, чем в Европе, где-то недалеко от польской границы требуется перевалка, что является экономически нецелесообразным. География поставок таким образом сужается до ближайших восточных и южных соседей. В прошлом году мы начали продавать в Польшу и Чехию, где конкурируем со шведскими и индийскими компаниями, которые везут груз морем. Мы логистически ближе, можем перевозить сухопутным транспортом.

В Европе очень любят красный гранит. Там исторически распространено плитомощение натуральным камнем. Территории старых городов — Праги, Варшавы — стараются сохранить свою аутентичность. В Вильнюсе и Клайпеде готовятся проекты капитального ремонта старого города, в том числе с применением красного гранита.

И./ Каковы ваши стратегические планы?

М. С.: В первую очередь развитие декоративного направления. Если на щебеночном направлении мы достигли практически максимума, то в декоративном сегменте есть очень большой потенциал в первую очередь благодаря уникальности и дефицитности самого камня. Красный гранит занимает не более 4% в общем объеме запасов месторождений гранитов. Рынок был бы готов потреблять большее количество при наличии предложения.

И./ За счет чего вы планируете наращивать объемы?

М.С.: Камнеобработка за последние 20 лет сделала большой шаг вперед, мы взяли на вооружение европейские стандарты добычи. Раньше добыча велась, как правило, буровзрывным способом: из разбитого массива вырабатывались блоки. Сейчас добыча ведется с помощью алмазно-канатных машин, которые позволяют изъять из монолита массив в максимально целостном виде и распределить на блоки. Таким образом, себестоимость добычи снижается, качество продукции повышается, рентабельность резко увеличивается.

Большинство карьеров размещает камнеобработку в непосредственной близости от карьера с тем, чтобы иметь замкнутый цикл производства. В этом случае логистика максимально благоприятна, себестоимость максимально низка.

И./ Вы развиваете предприятие, что дальше? Стратегический инвестор? Продажа актива? Слияние?

М.С.: На 2014 г. мы все дополнительные инвестиции делаем за счет собственных реинвестиций. Пока нам это удается. Мы рассматриваем возможность привлечения внешнего финансирования, но стратегического инвестора на данном этапе не ищем.

И./ Для чего вам дополнительный капитал?

М.С.: Есть ряд интересных проектов как в камнеобработке, так и в щебеночном производстве. Рассматриваем новые виды продукции. Есть новые технологии производства мелких фракций щебня, а существующий тренд относительно его применения в производстве гранитной крошки, тротуарной плитки и в ландшафтном дизайне будет увеличиваться в связи с ростом доли потребления и реализации этой продукции.
И./ В России рассматривается вопрос о налоговых льготах как для добывающих предприятий, так и инвесторов в них. Как устроено государственное регулирование этой отрасли на Украине?

М.С.: На Украине регулирование добывающей отрасли находится в упадочном состоянии, государственных программ инвестиций как таковых нет. Льгот и помощи не предусмотрено, основные усилия государства направлены на минимизацию нелегальной и неэффективной разработки. С нашей точки зрения помощь государства могла бы заключаться в стимулировании внутреннего потребления через рост экономики и строительного рынка в частности.

И./ А налоговая нагрузка?

М.С.: Налоговая нагрузка, скажем так, средняя. Но за счет того, что на Украине, в частности в Житомирской области, исторически камнеобработка занимает серьезное место, есть подготовленные квалифицированные кадры, а это очень важно для развития и инвестиций. Есть достаточная инфраструктура, которая была обновлена в рамках подготовки к Евро-2012. У карьера собственная ж/д ветка, 8 км до станции, что редкость.

И./ Как вы оцениваете внешние и внутриполитические риски?

М.С.: Нельзя остаться в стороне от политики, и на сегодняшний день мы видим последствия влияния политики на все сферы экономики — сокращение внутреннего потребления, удорожание кредитов, сокращение инвестиционных программ.

И./ А новые риски, связанные с экспортом в Россию?

М.С.: Щебень не является легко импортозаменяемым, и значительного падения потребления в ближайшей перспективе мы не прогнозируем. В отношении рисков ограничения экспорта мы считаем, что экономические доводы должны в конечном итоге перевесить политические.

И./ Как скажется прогнозируемое увеличение импортных пошлин?

М.С.: У нас достаточный запас регулирования цен при незначительном росте пошлин. Украинский щебень достаточно дешев в сравнении со среднемировыми ценами, постепенно сокращается себестоимость. Основной риск с точки зрения ценообразования — повышение стоимости перевозок.

И./ По всем отраслям экономики у Украины большой объем экспорта в Европу?

М.С.: Доли России и Евросоюза в товарообороте почти одинаковые. Но обе потери будут значительными. Нельзя сказать, что можно отказаться от экспорта в Европу или Россию. Тем более продукция разная. В Европу отправляется в основном сырье, а в Россию — продукция переработки, в том числе высокотехнологичного машиностроения.

И./ Как вы оцениваете сегодняшнее состояние рынка нерудных материалов?

С.Т.: В России рынок замедляется вместе со всей экономикой. Ситуация сложная, но на нас не давит, мы заняли свою нишу. Наш рынок — это бетонные заводы, монолитное и мостовое строительство. Сокращение объемов в этих областях на нас пока не отразилось и, думаю, не отразится. С тем объемом, который производит карьер, мы справимся. Можно говорить о локальном росте рынка в связи с присоединением большого участка Московской области к Москве. В Новой Москве активный рост коттеджного строительства, а это наше направление движения вагонов, и мы можем предлагать конкурентную цену.

И./ Растет ли число участников этого рынка?

М.С.: На Украине число участников рынка сокращается. При этом объем добычи растет. Идет консолидация карьерных активов в руках крупных компаний. Лидерами являются «Юнигран» и «Технобуд» — две мощнейшие компании, каждая из которых владеет несколькими карьерами-«миллионниками», и, соответственно, может предложить очень большой объем щебня по низкой цене.

С.Т.: В России также тренд на укрупнение основных игроков. Для нас это плюс. Чем компании крупнее, тем они менее поворотливы. Если к нам завтра обратится бетонный завод со срочным заказом, мы оперативно подадим заявку на карьер, карьер в течение трех дней введет в ж/д план данный вагон, и мы в кратчайшие сроки сможем удовлетворить образовавшийся спрос. Крупные компании со множеством подразделений не могут действовать оперативно. Именно сервис и быстрое принятие решений — наше главное конкурентное преимущество.

И./ Вы отгружаете продукцию в кредит?

С.Т.: Мы не практикуем отгрузку продукции в отсрочку. Это позволяет минимизировать риски для компании. Отгрузка в отсрочку в нынешней экономической ситуации опасна. Практика показывает, что на данном рынке велико количество невозвратной дебиторской задолженности.

М. С.: Щебень — это вообще высокооборотный бизнес, производственный цикл очень короткий — несколько суток. Логично, чтобы и финансовая составляющая реализации тоже была высокооборотной. Сравнительно низкая рентабельность, но за счет короткого оборота получается достаточно прибыльный бизнес.

И./ Как вам удается конкурировать с гигантами рынка по цене?

С.Т.: У нас конкурентоспособная цена. 80% нашего объема распределено на три года вперед. Мы производим в лучшие месяцы до 100 тысяч тонн готовой продукции и всегда найдем покупателя даже при самой плохой конъюнктуре. В нерудном бизнесе это сравнительно небольшой объем. Мы имеем твердые контракты по ближайшим к Украине областям — Брянская, Курская, Орловская, Калужская, где идет масштабное монолитное строительство, и на территориях, присоединенных к Москве.

Также мы удачно решили вопрос с перевозками. Относительно недавно произошли серьезные изменения в системе доставки грузов ж/д транспортом. Раньше заявки на отгрузку подавались в РЖД и «Украинские железные дороги». Четыре года назад, когда весь парк был переведен в собственность частных компаний — ФГК, ПГК и т. д., — ценообразование на вагоны перестало быть предсказуемым, подход вагонов стал хаотичным, в какой-то момент их вообще перестали подавать, так как собственникам было удобнее гнать вагоны пустыми в регионы за более выгодными товарами. Карьеры стали нести огромные убытки, и каждый выходил из этой ситуации по-своему. Мы взяли в управление определенное число вагонов, которые все время курсируют по кругу, и мы знаем, когда и сколько вагонов будет и куда мы их отправим. Это очень важный фактор как для ценообразования, так и для правильного функционирования предприятия в целом.
14 августа 2014
Подпишитесь на обновления. Когда выйдет новый номер, вы узнаете об этом первыми
E-mail
ФИО
Комментарий
Нажимая "Отправить", вы даете согласие на обработку персональных данных и соглашаетесь c Политикой конфиденциальности